The Hitch Hiker’s Guide to the Galaxy defines the marketing division of the Sirius Cybernetics Corporation as “a bunch of mindless jerks who’ll be the first against the wall when the revolution comes,” with a footnote to the effect that the editors would welcome applications from anyone interested in taking over the post of robotics correspondent.
Curiously enough, an edition of the Encyclopaedia Galactica that had the good fortune to fall through a time warp from a thousand years in the future defined the marketing division of the Sirius Cybernetics Corporation as “a bunch of mindless jerks who were the first against the wall when the revolution came.”
“Hitchhikers Guide to the Galaxy”, Douglas Adams
Не поймите меня правильно. Я не пишу в этот журнал, потому, что не хочу чтобы его читали.
Обычно, конечно, это странно — журналы пишут для того, чтобы они были прочитаны. То есть основной целью существования журнала является коммуникация. Вопрос только, между кем и кем она должна состояться.
Некоторое количество духовного эксгибиционизма, как некоторые называют эту деятельность, совершенно нормально и является необходимой частью человеческого понимания. Язык, это неудобное, неадекватное средство коммуникации, но тем не менее, оно чуть ли не единственное что у нас есть, и мы вынуждены разворачиваться лицом к окружающим, если хотим быть понятыми.
Но быть понятым не обязательно хорошо. Тот факт, что вас поняли, никак не учитывает интенции коммуниканта, а зная некоторые вещи о чужих интенциях (ибо сказано, каждый подозревает в другом то, на что готов сам, а я готов на многое) я вынужден придти к выводу, что тот факт, что меня поймут положительно настроенные ко мне лица, слабо компенсирует тот факт, что меня поймут лица настроенные отрицательно, потому что последних больше.
Не поймите меня правильно.
Проблему эту я решил простейшим способом — перенес всю эту коммуникацию в строго контролируемые условия и ограничил доступ к информации чисто физическими методами. Мой настоящий журнал вы не найдете в гугле, вам никто не скажет линк на него, кроме меня, чтобы уничтожить его, мне достаточно тридцати секунд. Это комфортно и обеспечивает коммуникацию в узкой группе людей, понимания которых я не опасаюсь.
Но иногда возникает необходимость обратиться к лицам за пределами этой группы, при этом так, чтобы они меня поняли, а лица, понимания которых я опасаюсь — нет. Поэтом я вынужден выражаться иносказательно, пытаясь зашифровать текст так, чтобы понимание его было возможно только если занять определенную интенциональную позицию.
Конечно, это малореально, но попробовать иногда нужно.
По хорошему, ничего принципиально нового сказать я тоже не собираюсь. Я говорил это всегда, разными словами, разными способами, по различным поводам, последние десять лет уж точно, а возможно и раньше. Но это нужно повторить, поскольку повторение — одна из основ восприятия. Эти мысли просты, но ни в одной из них не сказано только то, что вы видите прямым текстом.
Меня раздражают люди, готовые оставить формирование мира на кого-то еще. Меня раздражают люди, готовые отказаться от дела, потому что оно неосуществимо. Люди вообще меня раздражают, но я подозреваю, они раздражают меня по совершенно иным причинам нежели вас. А вот если я неправ… Не поймите меня правильно.
Революция неизбежна, но она должна случиться во временных пределах моей жизни, потому что иначе эта жизнь пройдет зря. Революция — это понятие не политологическое, а культурное. Сопротивление поля вероятностей — только признак того, что мы движемся в правильном направлении, а не повод его менять. Связано это с естественной устойчивостью энтропической системы. Революция происходит однажды, но не заканчивается никогда. Никто не замечает что произошла революция, и тем не менее, мир изменяется. Никогда нельзя сказать, что революция закончена. Цель революции - не изменить свое положение в мире, а изменить сам мир.
Только революция есть жизнь. Только революция есть занятие достойное человека.
Способов совершить революцию существует бесконечное множество, но все они связаны с игрушками. Игра есть не модель жизни, как было принято считать, а особый способ жизни. Вкладывая жизнь в саму себя, как в матрешку, мы можем добиться большей ее динамичности, уменьшая мир, мы получаем более высокую скорость его изменения. Но изменившаяся матрешка, раскрываясь, превращается в изменившуюся реальность.
Остановиться — значит отказаться от революции. Отказ от революции мыслим, но недопустим. Немыслимого не существует. Невозможного не существует.
Если вы вдруг поняли что я имел в виду, (как я уже сказал выше, я специально хотел чтобы это было непросто, для этого понимания требуется немалая внимательность, и отнюдь не только к этому тексту) возможно вы поймете и чего я хочу от тех, кто смог это понять.
