Скриптиз — скрипты, основной задачей которых является вождение пользователя кругами вокруг лежащих на сайте ресурсов.
Купить золотую рыбку, заглянуть в гости к кому-нибудь абстрактному и выпустить ее ему в электрочайник. Когда ее нальют в чай, спросить его, зачем варить рыбу в чайнике когда есть кастрюли и прочее. Появление рыбки свалить на прочих посетителей.
Защитников животных просьба не беспокоиться.
Утопия может быть и происходит от слова “утопить”, но вот антиутопия никакого отношения к слову “вынырнуть” не имеет.
Вода значительно менее оригинальный символ чем ветер — видимо потому, что она мокрая.
Во-первых, вода еще один из четырех элементарных символов который непосредственно связан со временем. (”все течет”) Собственно, глагол “течь” применяется для воды и времени практически во всех индоевропейских языках, насколько мне известно. Но в отличие от ветра, которые приходит впереди времени и уходит вслед, вода со временем только связана, но вместе не ходит, она не олицетворяет изменение сама по себе. Наоборот, ее ассоциируют со спокойствием, повседневностью.
Во-вторых, вода считается одним из важнейших средств очищения. Крещение, святая вода — изобретения вовсе не только христианские. Собственно, это ни разу не удивительно, если припомнить что вода — универсальный растворитель, хотя бы в следовых концентрациях в ней расползается вообще все. (Другое важнейшее средство очищения — огонь, но об этом в другой раз.) Заодно, кстати, она считается одним из двух легко порождающих элементов (второй - земля).
В третьих, вода в массовом сознании делится на три категории объемов — меньше ванны, меньше озера, и все остальное… Несмотря на то что технически, захлебнуться можно хоть в миске воды, было бы желание, утопления, т.е. поглощения себя стихией воды начинают бояться со средних объемов, и в ванне утонуть обычно не боятся. (Хотя, помнится мне, было одно интересное дело во Франции, в котором человек занимался тем что женился на богатых дамах, а потом подходил с конца ванны где ноги, резко за эти ноги дергал, и без малейших следов борьбы дамы захлебывались нахрен. Ну да ладно…) С больших объемов воды начинается символика мореплавания, которая стоит как бы отдельно от всего прочего что связано с водой. Огромный Океан повышает вероятность утонуть настолько быстро, что древние весьма долго не рещались плавать не видя берега. Вместе с ветром он превращает всю эту морскую авантюру в затею настолько опасную, что морская магия сохраняет свои старые первобытные формы до сих пор, в виде множества суеверий, хотя утонуть всем кораблем в наше время значительно сложнее.
Вода, в отличие от воздуха, всегда оставалась субстанцией более чуждой человеку — плавать в ней конечно можно, но вот дышать нельзя, движения она стесняет (поэтому принято ассоциировать ее с замедлением вообще) и так далее, но главное, она была основной географической преградой. Настолько основной, что у жителей Полинезии до сих пор рай и ад находятся не на небе и на земле как у жителей больших массивов суши, а на соседних островах.
Ладно, хватит на сегодня медитаций на воду…
Ветер — выдающаяся метафора и совершенно особенный символ.
Во-первых, он невидим. Мы живем на дне воздушного океана и перемещаемся в нем настолько свободно, что до относительно недавного времени дым считали объектом а воздух — нет. А вот ветер считали объектом всегда — духи ветра были у очень большого количества народов, и в моду их ввели вовсе не греки. Мифы гласят, что есть какие-то таинственные существа, которые надувают паруса, причем, судя по всему, не как нибудь, а собственным же дыханием. А дыхание — один из важнейших атрибутов живого в первобытном представлении. Не дышит — значит помер. Про анаэробные бактерии тогда еще не слыхал никто.
Во-вторых, он одновременно слаб и силен. Слабый ветер не мешает передвижению, лишь слегка треплет развешанные предметы и приятно трогает лицо — не забываем, что люди в большинстве стран ходили все-таки одетыми, но лицо оставляли. А лицо — одна из наиболее температурно чувствительных частей тела. Но средний ветер не оседает в представлениях вовсе — он совершенно вторичен по отношению к ветру сильному — тайфуну, урагану, который выдирает деревья в три обхвата с корнем. (а деревья — это еще один важнейший природный символ, японцы до сих пор поклоняются живущим в них духам) сносит домики как картон, оставляет после себя переломанный след, пропаханную борозду.
В третьих, ветер олицетворяет принцип движения в пространстве, и среди прочего, сильно связан с понятием движения во времени. Мифы в которых ветер переносит героя в другое место повсеместны, и сохранились даже в современной культуре. (Дороти и Элли не просто так попадают в ураган) Хотя старение обычно непосредственно не связывается с течением времени (Элли-старость в скандинавских мифах вообще никакого отношения к нему не имеет, она скорее болезнь.) ветер связан с ним достаточно часто — потому что ассоциируется с пустыней и песками времени, которые заносят погибшую цивилизацию. Он что-то вроде могильщика, последствие времени, его спутник-помошник. Одновременно он еще и ветер перемен, и идет впереди нового времени, прокладывая ему дорогу и внося в мир свежий — т.е. новый! — воздух.
Ладно, хватит пока…
