Skip to content

Размышления о фотоискусстве

Вспомнил я одну страничку, где автор достаточно обоснованно доказывал, что Hi-End аппаратура, с ее задранными выше потолка ценами, характеристиками, неразличимыми для человеческого уха, на самом деле врядли имеет иной смысл кроме престижного. Я, кстати, помню великолепный миф, согласно которому считалось, что если по ободку сидюка провести зеленым маркером, он звучит лучше — что есть полнейший бред, основанный на самовнушении, поскольку аппаратура воспроизведения цифровая, и она либо считывает данные, либо нет. Давайте поставим научный эксперимент — я отсниму одни и те же сцены десятком различных камер и объективов, а вы будете выбирать лучший снимок? Почему-то я не уверен что самым лучшим назовут тот, который будет отснят на самую дорогую камеру. Я вообще не уверен что человеческий глаз может заметить большинство отличий иначе как в лупу.

Я все-таки не фотограф, и может быть, я чего-то не понимаю. Но я продолжаю оставаться уверенным что пока нет автоматического рефлекса “Вот он, кадр!”, разговор о качестве объективов — пустой треп. А когда автоматический рефлекс есть — уже не нужен такой разговор, человек сам понимает какой фотоаппарат ему нужен и главное, зачем, и спрашивает не “какой аппарат посоветуете” а “где лежит справочник по характеристикам объективов и что из того что там написано — вранье”.

Мы вообще, на мир смотрим, или в фотоаппарат?
Мы видим то на что смотрим, или нас больше интересует резкость и цветность?
Мы осознаем то, что видим, или нас больше интересует точность получения плоской картинки на фотобумаге?
Можно долго рассуждать о том, какой должна быть фотография и зачем, но почему-то мне представляется что она в первую очередь должна изображать то, что мы видим, а не копировать картинку, которая образуется на сетчатке — и не порабощать нас при этом экономически и физически, как это делают большие пленочные ящики с килограммовыми объективами. Все остальное — вторично.

Мысли о…

Приходят ко мне в гости как-то мысли о самоубийстве. Я им говорю, мол, здравствуйте, мысли о самоубийстве, давно не виделись, не хотите ли чайку? Впрочем, чай кончился, но я сейчас кофе заварю.
А мысли о самоубийстве садятся так угрюмо вокруг стола и молча мне ствол протягивают. А я им, спасибо мол, девочки, но у меня уже есть. Они говорят, ты не понял, там только один патрон.
Ну сами посудите, нахрена мне ствол с одним патроном? В общем обиделся я, даже бутерброды им резать перестал. И давай на стол фотографии выкладывать — сотня, другая, третья…
А они все молча смотрят и смотрят.
А я фотографии выкладываю. Уже и на столе не помещаются, а они молчат. В общем, на полуторатысячной они плюнули, оставили ствол на столе и ушли. Но обещали вернуться через недельку-другую с тортиком. Едко так обещали, в сердцах.

А мне опять кофе пить не с кем.

On communication

To communicate, we must always assume the other side we want to communicate with also wants to communicate. Which might not be the case. Might not even be another side to communicate with. Might not even be a channel to transmit our information through. It all might be an illusion.

But it’s the hope of getting understood that makes us transmit our thoughts into the night. It’s the hope of finding someone else on the other end of the phone line that gets us to pick up the headset and dial.

Empty hope gets people to do amazing things.

О речи

Чтобы не слышать, надо сделать усилие — заткнуть уши, например. Чтобы не читать текст, надо НЕ сделать усилия.

Именно поэтому я предпочитаю письменную речь устной. Тогда у меня есть гарантия того, что если я скажу что-то никому не нужное, об этом никто не узнает.

Пара неприятных слов о фотографии

Есть одно неприятное обстоятельство, из-за которого я фотографию недолюбливаю. Несмотря на то что завел себе в привычку выйдя из дома не возвращаться, не отсняв несколько кадров.

Дело в том, что есть один объект который на фотографии присутствует очень редко. Это сам фотограф. В некоторых телесериалах в которых режиссеру хочется применить стоп-кадр как изобразительное средство, одному из персонажей всегда выдают фотоаппарат и он снимает всех, но очень редко он использует автоспуск и успевает добежать до кадра сам. А в комедийных сериалах он еще и плюхается носом в пол прямо перед рассевшейся в кадре честной компанией.

Фотограф фотографирует то, что видит, но его самого не фотографирует никто, а с самостоятельным фотографированием самого себя у него большие затруднения чисто технологического порядка. Вот и у меня довольно большая коллекция фотографий всего на свете — того что я видел. Даже того чего я не видел, потому что в этот момент смотрел в другую сторону — вы знаете, как интересно бывает просто повернуть объектив за спину и щелкнуть? Или просунуть фотоаппарат туда куда не достает голова? Можно снимать даже ночью в практически полной темноте, несмотря на чувствительность матрицы порядка 100 ISO — покрутив туда-сюда контрастность, яркость и гамму можно выковырять картинку так что ее все равно будет видно, даже в очень тяжелых случаях. В общем, фотоаппарат — друг человека, иной раз много ближе собаки. Но в моей коллекции множество фотографий девушек за которыми я ухаживал и ровно две фотографии меня с ними. И как будто не было ничего — ее я помню, а себя рядом с ней — нет. Впрочем, на самом деле и не было, пожалуй…

Вообще, задумываемся ли мы о судьбе такого персонажа-фотографа, или он только функция, вторичная по отношению к тому, что происходит в снятом им кадре? Потому что я что-то не припоминаю сериалов, фильмов или даже книг в которых главный герой большую часть времени занимался бы тем, что снимал. Не участвовал в последствиях этого, после того как снял, а именно снимал. А вы припоминаете?

Bridge over the night

Bridges over Moscow river…I thought about writing some lame poetry about this, but I decided against it.

Make a wish

Behind barsThe locals say that if you stand inside this bell tower, look upwards and make a wish, it will come true.

To prevent exactly that, the authorities locked it up.
But I still managed to look out at the city far ahead of me from behind the bars.