Никогда не замечали? В очках где одновременно есть диоптрии и любой подвид дымчатости или светофильтровости этот эффект есть всегда. То что видишь на внутренней стороне — плоская картинка, точнее две. Одна для правого глаза, другая для левого. И общего она с миром имеет не так много. Все цвета другие и относительные размеры предметов — тоже. Когда поворачиваешь голову слева направо, видишь как картинка смещается вместе с очками, чуть-чуть запаздывая за скоростью головы.
Я привык к этому, сколько лет очки ношу, но иногда я вспоминаю что с трудом отличаю реальность от кино.
То-то я никак цветокоррекцию настроить правильно не могу. Надо очки снимать…
Выглянул в окно, совершенно случайно.
Мимо окна, по тихой, пустынной улице спального микрорайона чуть ли не строем (вот как если строю дать команду “разбить строй”, они так пойдут) прошло тринадцать (я специально посчитал) мужиков, с баулами и сумками с которыми ездят челноки. Сумки были разные, но все как одна пустые. Сами мужики все как на подбор в т.н. пидорках, т.е. вязаных лыжных шапочках, и пуховиках. Сама одежда разная, но сохраняла удивительное единство формы несмотря на это.
Это в восемь-то утра ровно.
Причем вокруг нет никаких географических ориентиров откуда могло бы вместе, толпой идти столько народу. Но их набралось ровно на одну маршрутку, на чью остановку они собственно и шли.
Бред какой-то…
Кетчуп — подлейшая субстанция на свете. Благодаря своей густоте, он всегда выливается в неудобном количестве.
Но почему его все время фасуют в высокие, цилиндрические бутылки? Почему не в плошки наподобие маргариновых?
И не надо говорить мне, что непременно есть какая-то причина. Причина с успехом может относиться к сорту кетчупа который уже лет триста как не производится, а бутылки все те же.
Традиция-с.
Включил телевизор чтобы проснуться побыстрее. А там KitKat, дурацкий ролик про двух студентов. Знаете, в котором студент пишет шпаргалку на ленточке, а она свисает с двухярусной кровати и попадает в обогреватель накального типа, и естественно загорается. Реклама как реклама…
…только вот шпаргалка написана верхом текста вверх, к студенту, т.е. он пишет ее вверх ногами.
Не надо над этим задумываться. Это глупый студент, который не знает, что ленточку надо печатать на лазернике рубленой гарнитурой шестого или пятого номера, и тогда весь комплект шпор к любому экзамену, даже госу, поместится в рукав. Чааайник.
Имя — оно на удивление много значит. У моряков суеверие традиционно, поэтому как корабль назвать, так он у них и поплывет. Но в сети все точно так же — как себя назовешь, так и поплывешь, а далеко ли, близко ли — хрен его знает… Поэтому я примеряю на себя новое имя. Я его никогда раньше не носил…
…и оно немного жмет.
Зачем я вообще это делаю и какого черта я начал вести журнал? Хороший вопрос. Обычно, я предпочитаю не оставлять следов. У меня есть тщательно собранный архив большинства слов которые я когда-либо говорил, но этот архив не для публичного пользования. Интернет имеет неприятную тенденцию очень долго хранить именно то, что лучше бы закопать поглубже… Но иногда хочется высказаться, пусть даже в пустоту, так чтобы не иметь с этого лишних последствий.
И тогда я одеваю новое имя и выхожу из дома за пивом. Это нечто вроде спорта — ночные прогулки по большому городу, когда гопники уже спят, а приличные люди жмутся по стенкам и стараются побыстрее добраться домой.
Я тоже жмусь по стенкам, но я не иду домой. Я ищу ту мысль, которую я потерял на автобусной остановке сегодня днем, и надеюсь что никто другой ее не подобрал.
Здравствуй, читатель. С новым годом, с первым апреля. Если найдешь новое счастье, дай мне тоже кусочек!
Thursday, February 14, 2002
You’d think it was some ominous tower in some god-forgotten corner of the earth, but it’s just a building in downtown Moscow shot at night with minimal lighting. I suspect it’s mostly infrared, too.
This was the picture that started the long tradition of taking pictures out of my window.
